Сауна - жара в упаковке

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Содержание материала

САУНА - ПРОЦЕДУРА ИЛИ ПОМЕЩЕНИЕ?
Сегодня мы не будем углубляться в методические детали и частности. Нас не интересует, как нагревается та или иная сауна (очагом, печью, электронагревателем), как увлажняется воздух (поливом камней, смачиванием стен, кипячением в посуде), чем моются (ногтями, веником, мочалкой). Однако нам вовсе не безразлично, что имеют в виду финны под термином «настоящая сауна». То ли это один из фундаментальных способов купания (временно уступивший место в городах ваннам и душам), то ли некий частный вид жарких помещений (наиболее оптимальный для оздоравливающих тепловых процедур).
Если сауна — это просто жаркое помещение, то почему именно в ней полезно потеть и греться, а вот на сталепрокатном стане или около домны, в угольной шахте или в котельной парохода и пр., где «пот течёт ручьём», «греться»
вредно? Ведь обе официальные физиотерапевтические процедуры финских саун (вывод с потом неких «шлаков» и закалка организма путём контрастного охлаждения после экстремального нагрева) как раз наиболее характерны именно для кочегара паровоза, но редкий кочегар может похвастаться «целебностью» своего рабочего места.
Так в чём же заключается загадочная и влекущая «энергетика» бань: в воде, в тепле или в их сочетании? Или, может быть, в поте? Ведь финн М. Ааланд в своей известной книге «Пот» назвал басту и сауну «потовой баней». Но почему тогда баста в Швеции, потеряв первоначальную функцию, вдруг стала рождественским обычаем, символом праздника? Почему шведская газета в 1776 году удивлялась на финнов: «эти упрямые люди думают, что их сауна является разновидностью святыни и предметом поклонения»? Почему и россияне всегда считали баню «праздником души и тела»?
Ответ здесь может быть только один: «Сандуны» являются дворцом чистоты, а не царством тепла». Самая убогая банька с развалившейся печкой и с земляными полами способна порой обладать такой «взрывной энергетикой» очищения, которая «не снилась» лощёной, утопающей в роскоши элитной сауне, где зачастую немыслимо даже побриться. И только потому, что банька «моет», а сауна — лишь «греет». Сауна «лечит душу» красотой, а баня — наслаждением и удовольствием очищения.
Может быть, мы невольно запутываем читателя, не уточняя каждый раз, о какой сауне идёт речь — о прежней или о нынешней. Но это — не наша вина. Финны сами должны нам чётко сказать, что такое сауна.
Этот же упрёк, к сожалению, мы можем обратить и к себе самим. Пар и тот зачастую лучше характеризует в наших умах русскую баню, чем банальное мытьё. С 1877 по 1911 год в России было защищено более 30 медицинских диссертаций, доказывающих целебное действие бань, где утверждалось, что потение и здоровье — фактически синонимы. Но если вы начнёте расспрашивать российских северян (поныне не знающих ни ванн, ни душей), что они делают в бане — моются или парятся, вы не добьётесь вразумительного ответа. «Моемся-паримся» — таков будет ответ, поскольку и пот, и пар, и мытьё в бане неразрывно связаны и именно в совокупности образуют саму суть бань. Баню (мытьё) любят не за то, что она — баня, а за то, что она — «в пару и в поту», а также за то, что она — приятна и желанна.
Но как же могло так случится, что многие россияне сейчас вполне искренне полагают, что не только финская сауна, но и русская баня — это скорей жара, нежели мытьё? В основе таких убеждений лежат обычные бытовые издержки структурной классификации.
Представим себе бесхитростно любой мытейный объект (баню, ванну, душ) как комбинацию четырёх зон: раздевалку, моечную, горячую зону (для первичного прогрева или для подогревов, если человеку вдруг стало холодно) и холодную (для охлаждения тела, если человеку стало жарко). Горячая и холодная зоны (нагрев и охлаждение, жара и холод) — это стандартные элементы принципа термоста-
тирования. В обычной квартирной ванной комнате все зоны объединены в одном помещении: где раздеваются, там и моются, а воду, которой моются, можно быстро сделать и погорячее, и похолоднее.
В древней паровой бане все зоны тоже были объединены: где располагался очаг — там и раздевались, и мылись, подогревая помещение поливом воды на раскалённые камни и охлаждая помещение распахиванием входной двери. Но бывало, что в городах в дешёвых банях в XVIII—XIX веках раздевались, охлаждались и даже порой мылись в мороз зимой на улице, предварительно прогревшись как следует в парной.
В этом случае можно заключить, что парная — это и есть баня, поскольку иных строений нет. Но ведь есть банный двор — особая зона для раздевания, мытья и охлаждения. Стало быть, в действительности совокупность парной и банного двора и составляет баню.
В XIX веке приличные городские бани уже имели все четыре зоны раздельными: грелись в «термокамере» (в парной или, например, в горячей ванне — кальдарии), мылись в помывоч-ном отделении (где в целях гигиены тазы и черпаки могли заменяться душами), охлаждались в бассейнах (или под душем), раздевались в специальных залах отдыха или «номерах», где предлагались иные услуги — парикмахерские, рестораны, биллиард и пр. Всё это вместе и составляло городскую баню (в европейском смысле слова) как мытейный аквапарк. Видоизменяя же облик зон, можно получить всю совокупность многочисленных разновидностей мытейных объектов.
«Наиболее русские» бани имели парилки (с вениками для горячего мытья росой и потом) и моечные помещения с тазами. Если в моечном помещении устанавливали души и при этом снижали температуру так, что вне струи душа находиться долго с мокрой кожей было холодно, то такая баня по СНиПН-В. 11 -55 превращалась из классической русской в душевую баню. Если же в душевой бане парилку превращали в сухую кабину-термокамеру, то баня становилась современной сауной (с полной утерей элементов банного мытья).
Ясно, что в быту (да и в коммунальном хозяйстве) никто никакой классификацией не занимается. Такие детали могут интересовать лишь конструкторов новых бань. В результате и возникают у дачников «настоящие русские бани с сухой парилкой, душем и комнатой отдыха», совсем неотличимые от современных развлекательных финских саун. Если есть хоть какая-нибудь «парилка», значит это баня — таков частый стереотип наших горожан. Это свидетельство того, что финское влияние на российское банное дело оказалось очень сильным.
Тем не менее, 30 миллионов россиян вынуждено мыться до сих пор только в банях. И многие совсем не понимают, как можно баню «разрезать» по-живому пополам: на тепло (сухую термокамеру) и на воду (душ). А это значит, что банные традиции в нашей стране ещё живы (в отличие от Финляндии). Именно поэтому столь противоречивая Россия, ошеломлённая роскошью саун (и немало понастроившая их в последние годы в элитных коттеджах), прельщённая простотой саун (и понастроившая их в несметном количестве в строительных
бытовках и цеховых раздевалках в советские годы) всё же активно сопротивляется экспансии финских идей и действенно влияет на техническую политику производителей.
Во многих странах благодаря российскому влиянию финская сауна уже давно бесповоротно сдвинулась от действительно вредных и чуждых сухих режимов (из-за пересыхания кожи и слизистых оболочек) к влажным и даже паровым. А значит это снова каменки (в том числе закрытые), полив воды на раскалённые камни, веники, брёвна и даже кирпичные печи. В металлических же печах появились баки для нагрева (кипячения воды), а полы саун стали делать кафельными, пригодными для водных процедур. Появилась «сауна-спорт», основанная на паровых режимах.
В XXI же веке случилось и вовсе невиданное — россиянин впервые увидел сауны, внутри (!) которых (а не отдельно) располагался душ. Таким образом сейчас сауна уже во многом вплотную вернулась к тому, от чего когда-то ушла. И только опасения за порчу элитного деревянного интерьера и отсутствие практической потребности всё ещё сдерживают финнов от признания прежних традиций и от возвращения к обычной коммунальной мытейной сауне.